- Ты же не сделаешь ничего такого, что могло бы навредить леди Элизабет? Я имею ввиду не настоящий момент, а недалекое будущее, если оно у нее, конечно, будет. - спросил Чарльз Брендон, пристально глядя в синие глаза Ричарда.
Глава 16.
Два долгих месяца Элизабет провела в замке Канисборо в Донкастере. Не смотря на непогоду, и временные неудобства холодных продуваемых ветрами комнат замка, она чувствовала себя совершенно спокойной и защищенной. Рядом с отцом, девушка медленно оживала, снова превращалась в ту беспечную девушку, которой была когда-то. Томас Перси окружил свою дочь отеческой любовью и заботой, потакая всем ее маленьким и скромным прихотям. Почти все время они проводили вдвоем, не заботясь о том, что с каждым днем стены их убежища редеют. Все больше людей доверившись обещанию герцога Норфолка об амнистии и скором сборе парламента, покидали замок, возвращаясь к оставленным семьям и запущенному хозяйству. Очень сильно повлияло на решение повстанцев недавнее событие. Роберту Аску пришло личное приглашение от Генриха Тюдора на празднование Рождества в королевской резиденции в Гринвиче. И это было расценено, как прямое доказательство прощения и милости Его Величества. К тому же стало известно, что на рождественские праздники ко двору вернется принцесса Мария, которая до этого момента находилась во временной ссылке, так как отказывалась признать брак своей матери и короля недействительным. Тяжелая болезни Екатерины Арагонской заставила дочь пересмотреть свои принципы и планы на будущее. А для пилигримов доброй воли возвращение единственной законной наследницы под крыло царственного отца послужило очередным сигналом о приближающемся выполнении обещаний короля. Повстанцы благосклонно приняли казнь Анны Болейн, которую не любили из-за ее открытых еретических взглядов и распутства, и даже примирились со скоропалительной свадьбой Генриха на фрейлине казненной королевы - Джейн Сеймур, так как угасающая и вышедшая из детородного возраста Екатерина Арагонская не могла больше выполнять роль первой и законной жены. Король был еще достаточно молод, чтоб заиметь наследников - в этом был его долг перед страной и самим собой. Никто и не думал осуждать его стремления к отцовству.
Роберта Аска провожали всем миром, возлагая на него огромные надежды. Никто и не сомневался, что по возращении он привезет точные сведения о сроках и принятых решениях Тюдора в пользу прошений повстанцев. И накануне Рождества до Донкастера дошла радостная весть - юная королева Джейн беременна, а счастливый король повторно объявил об амнистии для всех мятежников.
Против таких доводов даже острожная Элизабет Невилл не могла устоять. Вместе с отцом они приняли решение о возвращении в Ньюборн, где уже их ожидала жена Томаса Перси и братья Элизабет. Они покидали замок последними в компании Френсиса Бигода, воинственной хохотушкой Мэдж Чейн и ее верного друга Джона Булмера. Вся троица была приглашена Томасом Перси в Ньюборн, чтобы отметить Рождество и счастливое избавление от долгой ссылки в холодных стенах Канисборо. Инграм Перси и лорд Дарси уехали неделей раньше, чтобы соединится с родными и близкими.
Уже в дороге Элизабет настигли вести, омрачившие ее радостное настроение. Запыхавшийся гонец сообщил, что несколько недель назад в Нортумберленде было найдено тело молодого мужчины, по всем признакам похожего на бежавшего Александра Флетчера. В качестве доказательства Элизабет были предоставлены вещи, найденные при погибшем - драгоценности и деньги, которые она передала мужу, чтобы он смог выбраться из страны. И судя по тому, что ценности не были похищенными, Алекс был убит не разбойниками. Смущало в этой истории только одно - отсутствие изумрудного браслета и выбранное направление, в котором двигался Флетчер. По каким-то неизвестным причинам он решил бежать в Шотландию. Именно там затерялись следы Беатрис Флетчер, найти которую посланникам Томаса Перси до сих пор так и не удалось. Мог ли Алекс самостоятельно выйти на след сестры? И как ему это удалось? И последнее - кем были его убийцы? Ричард Мельбурн? Стражники короля? Загадочный похититель Беатрис? Или все же охваченный местью Джек Брайан? Элизабет понимала, что смерть Алекса станет для нее еще одной неразрешимой задачей, укутанной тайной. Но где-то в глубине своей души, в самом далеком уголке подсознания шевелилось странное чувство тонкой фальши. Алекс Флетчер был мастером интриг и лжи. Однажды он сумел убедить родного отца Элизабет в смерти дочери. Мог ли он разыграть подобную аферу еще раз?
- Главное, чтобы он никогда не воскрес здесь, в Англии. - поделившись сомнениями с Томасом Перси, сказала Элизабет.
- Ты слишком впечатлительна, милая. Боюсь, что на этот раз для Александра Ридсдейла действительно все кончилось. - без тени сожаления ответил отец. - Не думай о плохом. Все закончилось, дорогая. Мы возвращаемся домой.
Уставшие путники прибыли в Ньюборн в канун Рождества. Элизабет не смогла сдержать слез, когда ей на встречу выбежали младшие братья. Восьмилетний Томас казался взрослым не по годам. Он старался выглядеть мужчиной, но влажные глаза выдавали его радость. Элизабет расцеловала брата в обе щеки, и мальчик смущенно улыбался, разглядывая ее со счастливым любопытством. А маленький Генри держался за юбку матери, потирая спросонья голубые глазки, в детском изумлении поглядывая по сторонам. Он явно не узнал сестру, и не удивительно, ему было всего два годика, когда Лиз виделась с братом в последний раз. Схватив его на руки, Элизабет всхлипнула от переполняющих ее чувств, когда маленькие ручонки доверчиво обвили ее шею. Горничная Сара тоже вышла встретить бывшую госпожу и теперь вытирала слезы кончиком фартука. И только Элеонора Перси наблюдала за душещипательной сценой воссоединения семьи с завидным хладнокровием. Она сдержанно приветствовала мужа и снисходительно улыбнулась Элизабет, почти официальным тоном поздравив ее с возвращением. Женщина прямо держала спину и казалась неестественно бледной и уставшей. Дом изнутри сверкал достатком и чистотой, как и в прежние времена, но в глаза бросалось отсутствие некоторых вещей. Из слуг в гостиной присутствовали только дворецкий и две горничные, включая Сару. Все это наталкивало на мысль о некоторых финансовых проблемах семьи, в связи с участием хозяина в восстании против короля. Скорее всего, Элеонора не разделяла взглядов мужа, слишком привыкшая с спокойному безбедному существованию, но не подчиниться его воле не могла. Элизабет видела в ее задумчивых холодных глазах осуждение и даже злость, и предвидела тяжелый разговор с мачехой. Она не испытывала разочарования или обиды, так как прекрасно понимала, как выглядит история с ее исчезновением, смертью, а потом счастливым воскрешением со стороны. Рано или поздно, им всем придется подумать над официальной версией о запутанных событиях, сопровождающих исчезновение Элизабет Невилл. Она ни в коей мере не хотела бросать тень на свою семью, находящуюся и без того в сложном положении.
